Антон Хамин: «Пиролиз — одна из основных мировых технологий по переработке шин»
Продолжаем серию интервью, посвященных предпринимателям и компаниям – ярким представителям отрасли, которым удалось организовать и развить свой бизнес, достигнув значительного успеха в этом направлении.
Сегодня в гостях у «Клевера» директор компании ООО «Кузнецкэкология» Антон Владимирович Хамин.
КЛЕВЕР: Со времени нашего прошлого интервью прошло более трех лет. Многое изменилось в отрасли. Как сейчас оцениваете состояние рынка утилизации в целом и переработки шин в частности?
А.В.: Действительно, за три года очень многое изменилось, но к сожалению, не все в лучшую сторону. Кроме общеэкономического кризиса, ситуация в отрасли также стала сложнее. Но чем сложнее, тем интереснее. Каждый предприниматель в сфере утилизации как канатоходец: идёт по канату и всем интересно, упадет он или дойдет до конца.
Если говорить о причинах и факторах, первое — это общий фон. Когда появляются трудности в металлургии, в нефтянке, то про переработку отходов вспоминают все реже. Эта сфера специфическая, рост здесь нужно стимулировать, так как рыночная модель, которая бы ее регулировала, все еще не до конца сформирована. Считаю, в России нет отходоперерабатывающей отрасли в том понимании, в каком развиваются другие отрасли промышленности.
Второе, рыночные механизмы в силу общих кризисных явлений также приходят в упадок. Спрос на конечный продукт падает, падают объемы, где-то есть существенные неплатежи. В этом плане мы испытываем те же проблемы, что и другие отрасли.
И самое главное наше испытание – это регулирование и администрирование. Если постараться, можно вспомнить какие-то положительные явления, но в целом в отрасли бардак. Множество перекосов, реформ, не доведенных до ума.
КЛЕВЕР: Мы знаем, что сейчас ключевая боль для всех пиролизников в том, что технология не вошла в конвертер РОП. Поэтому компании, которые занимаются переработкой шин и РТИ методом пиролиза, уже больше двух лет лишены этого дохода, возможности получать деньги от производителей и импортеров. Как это сказалось на отрасли?
А.В.: Если коротко: развитие остановилось. Игроки уходят из сегмента пиролизной переработки, продаются пиролизные установки. И не сказать, что на них большой спрос. При этом сегмент ещё не успел сформироваться, а развитие уже остановилось. Хотя динамика благодаря РОПу все-таки была.
На примере нашей компании: в течение 4 лет, пока мы работали в рамках РОП, мы активно развивали технологию, проводили НИОКРы, протестировали огромное количество различного оборудования. Готовых производственных решений не существовало, и по факту мы создали эту технологию в России и продолжаем ее развивать. И конечно, средства РОП были для этого необходимы. Именно они были потрачены на создание, изучение, разработки и промышленное исполнение пиролизной технологии. В частности, с большим акцентом на технический углерод.
Пиролизное топливо – это востребованный продукт, который, кроме того, имеет потенциал к глубине переработки, к созданию более маржинальных продуктов. Но главной задачей всех пиролизников является доработка технического углерода. Большую часть задачи мы решили в том числе благодаря средствам РОП. Сейчас мы поставляем наш углерод на многие заводы РТИ, наращиваем объемы. Но теперь перед нами стоят очередные задачи по проведению промышленных испытаний, по омологации на шинах заводах РФ и не только. И они требуют вложений, инвестиций. Без средств РОП сделать это гораздо сложнее.
КЛЕВЕР: Многие компании по этой причине ушли из отрасли, верно?
А.В.: Да, так и есть. И те компании, у которых пиролиз является единственным направлением, как у нас, вынуждены как-то выживать. В связи с отсутствием средств РОП и в целом с кризисом мы сейчас испытываем серьезные финансовые трудности и по факту выживаем. И при этом нужно изыскивать средства на развитие, так как доращивание нашей технологии все еще продолжается.
Наши коллеги в другом регионе, сопоставимые с нами по масштабам производства, например, на полгода законсервировали пиролизное производство. И таких предприятий по стране достаточно много.
КЛЕВЕР: Сколько, по вашим оценкам, пиролизных компаний, и сколько из них сейчас на плаву после изменений в механизме РОП?
А.В.: По нашим данным, порядка 15-20 компаний на достойном уровне занимаются правильным пиролизом. К сожалению, есть предприятия, которые приобретают пиролизные установки исключительно для получения лицензии, их мы в расчет не берем.
Две компании на рынке совсем закрыли пиролизное направление, две — законсервировали производство, около трех — задумываются о том, чтобы закрыться. Однако у большинства это не основное или не единственное направление, поэтому за счет других направлений они выживают. В целом ситуация, конечно, печальная.
КЛЕВЕР: И вы, и мы в «Клевере» принимаем определенные меры: создан пиролизный комитет, который взаимодействует с правительственными органами. Какие шаги уже сделаны, что ещё предстоит предпринять? И видите ли вы реальную возможность возвращения пиролиза в конвертер РОП?
А.В.: Думаю, самим себе можно немножко и польстить: я считаю, что мы делаем большое дело.
Как-то Владимир Зотов (Президент СРО «Клевер») озвучил тезис, что нужно продвигать профессиональную позицию, несмотря ни на что, и рано или поздно мы добьемся результата. Я полностью разделяю этот подход, как и другие участники сообщества. «Клевер» — это трибуна: мы пишем письма в профильные ведомства, озвучиваем проблемы на всех площадках, создали пиролизный комитет, в котором состоят почти все основные пиролизники в стране.
У пиролизного комитета есть хорошая рабочая связка с другими экспертами на рынке, например, с Ассоциацией производителей шин и Ассоциацией ЭкоШинСоюз. И мы активно формируем общую позицию, продолжаем совместными усилиями добиваться включения пиролиза в конвертер. Мы считаем, что потенциал есть. Пиролиз уже существует, мировая практика также говорит в пользу этой технологии, что в конечном итоге положительно повлияет и на умы отечественных законодателей.
Во всем мире пиролиз шагает семимильными шагами. Предполагаю, что пиролиз уже стал основной технологией в мире по переработке шин. Например, в Китае пиролизом перерабатывают более 1,5 млн тонн шин в год. Так что это вопрос времени и вопрос разума наших законодателей, к которому мы ежедневно призываем.
Что касается конкретных шагов: совместно с экспертами мы подготовили серьезные аналитические материалы по сегменту пиролизной переработки, в том числе о реальном спросе на нашу продукцию с указанием огромного числа конкретных потребителей. Это крупные промышленные предприятия в разных отраслях промышленности, от дорожного строительства до резинотехнических заводов. Эти материалы мы направили в Минприроды и Минпромторг.
Общими усилиями удалось также разработать и утвердить коды классификатора ОКПД для продуктов пиролиза.
Неоднократно писали обращения и формулировали общую профессиональную позицию для министерств. Так, в Минпромторге нас поддержали. Теперь ждем реакцию Министерства природных ресурсов и надеемся на дальнейшее развитие ситуации.
КЛЕВЕР: В 2025 году участники отрасли утилизации столкнулись с ещё одним нововведением: необходимостью пройти процедуру подтверждения соответствия лицензионным требованиям. Расскажите об опыте вашей компании.
А.В.: Мы прошли процедуру с первого раза. Было на самом деле не просто, но, благодаря нашей команде, мы справились. Считаю, у нас лучшая команда в сегменте пиролизной переработки шин в стране, чем я очень горжусь. Так что мы были полностью готовы.
Также за время участия в системе РОП нас часто аудировали эксперты из Ассоциации ЭкоШинСоюз, в том числе благодаря этому разрешительная документация и внутренняя нормативная документация на предприятии всегда были в порядке. Знаю, что лицензии многих компаний были приостановлены, но мы этот удар выдержали.
Несмотря на то, что отрасль пострадала, в инициативе есть и положительная сторона: «серые» утилизаторы, ради чистки которых это все и затевалось, ушли с рынка. Остаются ещё злоупотребления с объемами РОП, так что работа предстоит большая.
КЛЕВЕР: Поговорим о кадрах. В промышленности ситуация тяжёлая. Как обстоят дела с кадрами на рынке утилизации, на рынке пиролиза?
А.В.: Ещё полтора года назад мы наблюдали значительную нехватку кадров. Но сейчас на Кузбассе существенный кризис в угольной отрасли, что повлекло за собой приток рабочих в нашу сферу. Мы понимаем, что это временное явление: когда начнется экономический подъем, ситуация с нехваткой кадров вернется. Так что мы очень дорожим нашим коллективом, понимаем, что кадры надо растить.
Пиролиз – специфический процесс. И вообще переработка шин – специфическое производство. И здесь с рынка готовых специалистов не возьмешь, особенно в регионах. Остаётся только растить у себя. И, соответственно, удерживать сотрудников, создавать условия, к чему мы стремимся максимально.
КЛЕВЕР: Наверняка, в последнее время появились новые технологии, новые решения по переработке шин. Как вы оцениваете сейчас состояние рынка оборудования для переработки?
А.В.: Прежде всего буду говорить о своем пиролизном сегменте. Здесь тон задаёт Китай, во многом мы смотрим на их достижения. И мы видим, что интерес к пиролизу растет, объемы продаж пиролизного топлива также растут. Именно в этой технологии я вижу потенциал развития сферы переработки шин.
Так, наша компания добилась значительного повышения качества пиролизного топлива, сейчас мы его поставляем на железнодорожные тепловозы, локомотивы в качестве замены дизельного топлива. На таком топливе могут работать малооборотистые дизельные двигатели, которые стоят на тепловозах, речных судах, дизельгенераторах и пр. Так что компании переходят с дизельного топлива на наше, экономя огромные средства, и для нас это тоже дополнительный импульс к развитию.
И главное, технический углерод. Сейчас мы стали резидентом Сколково, наши наработки уже оценены внешними участниками: к нам приходят за инжиниринговыми услугами крупные металлургические холдинги. Также ведём переговоры с шинной отраслью, причем не только в России. К нам обращались коллеги из Азербайджана, из Беларуси. Так, в компании «Белшина» задумываются о пиролизной переработке шин в Республике Беларусь, в том числе собственных отходов производства. Ведём с ними переговоры о предоставлении инжиниринговых услуг. Так что мы видим в направлении консалтинга и инжиринга по пиролизу перспективы и открыты к сотрудничеству.
КЛЕВЕР: Какие отраслевые проблемы, на ваш взгляд, следует решать в первую очередь? Есть ли у вас конкретные предложения?
А.В.: Если бы средства РОП продолжали присутствовать в бюджете компании, мы бы уже завершили этап масштабирования производства и нашли инвестора. То есть наша инвестиционная привлекательность страдает от того, что у нас в бюджете нет средств РОП.
Также следует развивать и другие механизмы льготного финансирования. Поскольку отрасль молодая, здесь еще мало примеров успешных технологий, а бизнесу такие примеры нужны. Попытки создания таких инструментов были, но, к сожалению, массовой реализации они не получили. Обычным компаниям очень сложно получить льготное финансирование, льготное кредитование, гранты, а отрасль требует инвестиций. Я считаю, сфера утилизации очень недооценена с точки зрения потенциала, впоследствии она способна дать серьезный вклад в ВВП страны.
Нужны инструменты поддержки применения вторичных ресурсов. Так, европейские компании, которые используют вторичные ресурсы в производстве, получают субсидии и налоговые льготы. У нас эти инструменты практически не работают, а те, которые есть, не оказывают существенного влияния. Например, есть понижающий коэффициент при расчете оплаты РОП, есть понижающий коэффициент, учитывающий использование вторичного сырья в производстве, но его влияние слабое. Производитель не стремится активно использовать вторсырье.
Нужен системный вдумчивый подход, который, к сожалению, пока, на мой взгляд, отсутствует.
КЛЕВЕР: Расскажите о планах компании на ближайшие 5-10 лет.
А.В.: Наша компания одна из тех, кто не боится трудностей, имеет волю и готова долго и упорно идти к своей цели. Часто говорят, что сегодня нет смысла и даже нельзя планировать вдолгую, но мы так не считаем. У нас есть стратегия на 15 лет, декомпозированная и на год, и на 5, и на 10.
В данный момент мы активно ищем инвестора для масштабирования нашей бизнес-модели. Мы ведем испытания технического углерода практически на всех шинных заводах в России. Уже есть положительные результаты: некоторые заводы находятся на стадии промышленных испытаний. Так что ведем переговоры с инвесторами о создании федеральной сети предприятий с комплексным подходом, основанным на непрерывном пиролизе, где будет и производство крошки. Это планы на ближайшие годы.
В долгосрочной стратегии видим потенциал развития продуктов пиролиза, работаем над R&D-направлением. Все проекты, конечно, требуют серьезных вливаний, но мы двигаемся вперёд. На самом деле мы смотрим в будущее с уверенностью и понимаем, ради чего мы это делаем.
КЛЕВЕР: Насколько ценной вы считаете работу отраслевых объединений и ассоциаций? Что даёт вам участие в СРО «Клевер»?
А.В.: Мы всегда были за отраслевые объединения и в «Клевере» мы нашли максимальный отклик всем нашим принципам. Во-первых, «Клевер» — это серьезная концентрация экспертизы. Среди участников — огромное количество экспертов рынка, компаний, каждая из которых многого добилась в своем сегменте. В общении с участниками сообщества, в обмене опытом, в обмене идеями рождается много конструктива и позитива. Внутри «Клевера» мы нашли по-настоящему эффективный нетворкинг. Это развивает отрасль, обогащая каждого из нас опытом друг друга.
Кроме того, поддержка. Времена сейчас непростые, отрасль сложная. И когда мы видим успехи друг друга, когда можем поддержать друг друга, это очень ценно. Любому человеку нужно чувствовать, что он полезен, что то, что он делает, важно. Общаясь в сообществе, мы находим этому подтверждение, мы видим ценность своей работы, мы мотивируем друг друга на новые свершения. Взаимодействие перерастает в новые бизнес-партнёрства и новые проекты.
«Клевер» — это трибуна, голос отрасли, к которому прислушиваются. Число участников Ассоциации постоянно растет, а значит наши силы укрепляются. На мой взгляд, «Клевер» — самая динамично развивающаяся отраслевая ассоциация, которая не подчинена локальным интересам. И из независимых ассоциаций это самая мощная ассоциация в стране.
Так что думаю, у любой компании, которая работает вдолгую, даже не возникает вопроса, нужны ли такие ассоциации.
КЛЕВЕР: Ваши пожелания участникам Ассоциации и отрасли утилизации в целом.
А.В.: Сложности в отрасли выступают фильтром: здесь остаются те, у кого есть настоящая выдержка. Чего я и желаю всем участникам — выдержки, желаю всем взращивать и развивать в себе длинную волю. И тогда мы вместе выстоим и сформируем ту отрасль, какой мы ее хотим видеть. Приходят и уходят крупные стейкхолдеры, которые пытаются влиять на отрасль. У них меняются планы, меняются люди, которые сегодня могут понимать, а завтра не понимать потребности отрасли. Для них это — ситуация в моменте, а для нас — жизнь. И нам ее надо проживать достойно и выдерживать все сложности и испытания.